По инициативе Шпрингера издатели потребовали чуть ли не в ультимативной форме «более широкого освещения общегерманских вопросов на радио и телевидении».

Такова была обстановка, которая сложилась в центре Европы летом 1961 года. Аденауэр и компания с помощью Шпрингера и его газет готовили величайшую провокацию. Даже трудно себе представить все последствия подобной опаснейшей политики «интеграции через напряженность». В этих условиях правительство Германской Демократической Республики приняло единственно правильное решение: оградить от посягательств и провокаций жизнь и труд первого в мире социалистического государства немецких рабочих и крестьян. 13 августа стало законом постановление Совета Министров ГДР. В нем говорилось: «Для предотвращения враждебной деятельности реваншистских и милитаристских сил Западной Германии и Западного Берлина на границе Германской Демократической Республики, включая границы с западными секторами Большого Берлина, устанавливается такой контроль, какой обычно существует на границах каждого суверенного государства».

Теперь границы ГДР защищены надежно и навсегда. Время, прошедшее с того исторического дня, все больше подтверждает прозорливость и государственную мудрость принятого решения. Оно не только гарантировало успешное продолжение строительства социализма в ГДР, но и вдохновило граждан ГДР на новые успехи в их благородном труде, заставило многих на Западе задуматься над собственной судьбой. Политике милитаризма и оголтелого национализма был положен конец. Как писал журнал «Шпигель», «наряду с другими более важными вещами в утренние часы 13 августа потерпела крах идеология Шпрингера, принесшая до этого много зла».

Закон общественной жизни гласит: политик, потерявший доверие народа, государственный деятель, чья репутация подорвана, наконец, просто человек, чьи взгляды оказались вредны и ошибочны, признает свое поражение и выходит в отставку. Даже Аденауэр был вынужден отправить своего министра по общегерманским вопросам Э. Леммера на пенсию.